Такая реакция на детский плач меня не устраивала в корне, т.к. я была уже очень настроена на естественное родительство и моей целью было понимать и принимать ребенка в любых его проявлениях. Я стала думать, почему я так страдаю от ее плача. И однажды меня осенило, что плач моей дочери отбрасывает меня в эмоции моего собственного младенчества! Я сама на время станавлюсь вот этим орущим младенцем.
Меня приучали к режиму с самого рождения. Мама мне рассказывала, что как-то ей пришлось сидеть на кухне и пить водку, чтобы только отключиться и не слышать моих воплей. Я плакала по 30-40 минут, пока не поняла, что все бесполезно. Потом по маминым воспоминаниям, я была очень спокойным ребенком, только замкнутым, застенчивым, неуверенным в себе и почему-то не любящим свою мать.
Когда я осознала это, мне стало проще. Моя дочь создала для меня ситуацию, когда я смогла работать со своей детской травмой. Я укачивала и успокаивала свою дочку, когда она заходилась на моих руках от крика. Одновременно я рождалась как мать для дочери и становилась любящей матерью для себя самой. Ведь я укачивала на руках не только мою дочь, я укачивала на руках себя саму во младенчестве. Самым неожиданным эффектом от этого стало то, что я смогла многое простить своей матери. У меня прошла сильная ненависть к матери, от которой я страдала долгое время.
Теперь я намного спокойнее отношусь к плачу своей дочери. Когда же ловлю себя на негативной реакции на дочкино поведение - сразу смотрю внутрь себя. Обычно сразу нахожу ответ - моя дочь демонстрирует поведение, которое было запрещено мне в детстве и по поводу которого у меня остались негативные эмоции.